P Музыкально-поэтическая студия "Кастальский ключ" » Блог

к.т.н.

Bookmark and Share




Рамаяна Россы. А.А. Сигачёв   http://www.stihi.ru/2011/11/28/5907

Мар 31, 2012 | 21:03

                    Музыкально-театральная поэма.
Полная версия — http://www.stihi.ru/2011/11/28/5907

                               ОТ АВТОРА

    Моё знакомство с древнеиндийским эпосом  «Рамаяна» было сложным, поскольку поэтического перевода этого шедевра древних Ариев на русский язык до сих пор нет. Существующие литературно-художественные переводы «Рамаяны» во многом потеряли свою первозданную красоту и аромат этого духовного поэтического цветка. Моё знакомство с русским поэтическим переводом Рамаяны состоялось во Вриндаване, что находится на севере Индии, недалеко от Гималаев. Это удивительное знакомство состоялось на берегу священной реке Ямуны, благодаря искренним, бескорыстным стараниям Ананги Даса, исключительно ради нашей многолетней дружбе. Я пользуюсь случаем, чтобы выразить ему мои самые искренние благодарения.
    Древнеиндийский эпос «Рамаяна» оказал такое же влияние на мировую культуру, как и гомеровские «Илиада» и «Одиссея». На Западе «Рамаяну» хорошо знают, переводят и ставят на театральных подмостках. В Индии «Рамаяна» входит в школьные программы, как средство нравственного воспитания юношества.
     «Рамаяна» славится своим изящным поэтическим слогом и является древнейшим из известных образцов эпической поэзии.  В основе «Рамаяны» лежит возвышенная любовь мужчины и женщины. Это вечная волнующая тема не только в литературе, но и в человеческой жизни. Интересен тот факт, что поэма А.С. Пушкина «Руслан и Людмила» схожа основной сюжетной канвой с «Рамаяной». Было бы весьма интересно с научной точки зрения установить, каким путём эта тема стала известна поэту до такой степени, что он решился написать свою неувядаемую поэму «Руслан и Людмила»?
     Автором  поэмы «Рамаяна» является поэт Вальмике. Его называют первым поэтом на земле, поскольку описанная им поэма «Рамаяна» была самой первой поэмой. Вальмике был историческим лицом, живым свидетелем деяний Рамы и участником «Рамаяны» и описывал реальные исторические события.
     Предлагаемая вниманию читателей «Рамаяне Росс» вызвана к жизни исторической параллелью нашей действительности, с историей давно минувших дней, преданий старины глубокой, — времён «Рамаяны» автора Вальмике. Героиня Атиса, представленная в «Рамаяне Росс», является аллегорией похищенной России (по аналогии с похищенной Ситой демоном Раваном).
   Перед героем этой поэмы Сва-Рагом высокая цель – объединение и подъем своего народа.
   Духовным светильником Сва-Рага является образ древнерусского Бога Сварога. В герое объединены: божественная субстанция (aguna,  санскр.) и его человеческое воплощение (saguna, санскр.). Иными словами, Сва-Раг является воплощение божественного и человеческого начала. Он действует так, как должен действовать человек, поставленный в соответствующее  условие.
   По учению героя Сва-Рага, божество познаётся и постигается не столько знанием, сколько всепоглощающей любовью, при которой человек забывает весь мир и самого себя.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

Сва-Раг – сын звезды вечерней (Звезды Любви)
Атисия – возлюбленная Сва-Рага
Иван Большой – рыбак
Алёна – (Дева-Царь-Рыба) – жена Ивана Большого
Намшкал – названный брат Сва-Рага
РАгрива – летающий крылатый конь
Навар – десятиликий демон  с острова  Акнал
Мудрый, Мудрейший, Наимудрейший — три мудреца демона Навара
Птица Сирин
Попугай Рамар
Шьям – юный пастух с волшебной флейтой.
Весна

В сценах: Деревенский народ Россов, жители лесного племени Нязебо, обитатели мрачных пещер острова Акнал, стражники.

ПЕСНЬ ПЕРВАЯ. Дитя звезды вечерней.

Между лесом и горою,
Между небом и землёю -
У Калинки у реки
Жили мирно рыбаки.
И в одной семье рыбачьей,
Слёзы радости не прячут:
Сын растёт — Иван Большой
С чистой праведной душой.
Как рыбак Иван был странным:
На рыбалке постоянно
Рыб ловил и отпускал, -
Рыбу-Царь поймать желал…
И шутил над ним народ:
«Рыба-Царь, Иван, плывёт!..»

И случилось диво-чудо:
Рыбу-Царь, почти в три пуда
Изловил Иван Большой;
Как принёс её домой,
Так и ахнул: «Боже мой!.. 
Боже мой! Ах, боже мой, -
Рыба – с золотой косой!..
Вместо чешуи на ней,
Блещут искорки огней!
Рыба-дева – вот дела:
Плавничками обняла
И сказала: «Друг ты мой,
Станем мужем и женой!..»

Что тут думать? Что гадать?
Надо свадебку сыграть:
Говорили, стар и мал:
«Рыбу-Царь Иван поймал!..»
Веселись, честной народ!
Свадьба весело идёт!
Вышла свадьба из села, -
Свадьбе улица мала!..
Что ж Алёна хороша, -
Просто – солнышко-душа!
В сердце – с солнечным приветом,
Вся светилась звёздным светом!..
Птицы в небе щебетали,
Звонко пели свои песни:
«Будут радость и печали,
Будьте рядом, будьте вместе!..»

Солнце ласково глядело,
Сквозь тенистые аллеи,
И влюблённым нежно пело,
И играло на свирели…
Месяц лотосом цветочным
Мрак развеивал сияньем, -
И влюблённых в час полночный,
На любовь благословляя.
Быть женой в рыбачьем доме,
Стало ей предназначеньем,
Став женой его достойной,
Огоньком его вечерним.
Быть так любо было ей
Светлым солнцем для людей…

Он слагал для милой саги,
Он играл ей на свирели;
От напевов его славных,
Даже птицы хором пели:
«Ты грустишь, моя родная,
Мой лесной цветочек дикий,
Утром ветерку внимая,
Ты взгляни на солнца лико.
Так твоё дыханье сладко,
Как цветов благоуханье,
На тебя взгляну украдкой –
Ты очей очарованье!
Так отраден взгляд твой милый,
Как роса для нежных лилий,
Что на лепесточках лилий
В час вечерний на долине!..
Как цветы стремятся к солнцу,
Так стремлюсь я к сердцу милой;
Я стремлюсь к тебе всем сердцем,
Как к голубке сизокрылой!
И моё трепещет сердце,
И поёт тебе в восторге,
И дрожит оно и блещет,
Как на солнце блещут волны!
Пусть улыбкою сияют
Небеса, леса и воды,
И любовью озаряют
Это волшебство природы.
Так проснись скорей, родная,
Сердце так и замирает;
Без тебя не улыбаться
Мне, не петь и не смеяться!..»

Вечер тихий и прекрасный
Краской залил белый свет:
Небеса горят багрянцем, -
Краше зорь картины нет…
Искорка звезды вечерней
В небесах трепещет, тает…
От звезды идёт свеченье
И растёт, к земле слетая…

— Разве мыслимо подумать, –
Рыбаки пошли гуторить, -
Что звезда лучом вечерним –
Сына молодым подарит?..

Так оно, не так ли было:
Все заговорили разом, -
«Блеском со звездой поспорить,
Мог ребёнок ясноглазый…
Пусть на вид он неприглядный,
Но душою он прекрасен –
Сын Звезды Любви отрадной –
Трепетной, далёкой, ясной,
Звёзды строились в парад -
К чести имени — Сва-Раг…

И когда, окрепнув силой,
И окреп сполна душою,
Всё в нём так преобразилось,
Как сады цветут весною…
Если спросите: «Откуда
Эта сказка, это чудо?..»
Лишь одно могу заметить:
— Только небеса ответят…
Что за сказка и откуда
На земле явилось чудо?
Но об этом, обо всём,
Вам поведаем потом…
Небеса горят багрянцем, -
Краше зорь картины нет…
Вечер тихий и прекрасный
Краской залил белый свет…
Вырос он на диво всем –
Был красив, силён и смел!..

ПЕСНЬ ВТОРАЯ.  Прогулка под парусом мечты.

   На сук могучего дуба прилетают и удобно садятся две птицы: одна вслед за другой.  Первой прилетела птица Сирин, вслед за ней попугай Рамар. Попугай просит птицу Сирин рассказать историю о путешествии на парусной ладье за море Сва-Рага со своим братом Намшкалом и со своей возлюбленной Атисией. Птица Сирин обещает рассказать попугаю эту удивительную историю с тем условием, что попугай будет пересказывать эту историю без отсебятины.

ПОПУГАЙ РАМАР (обращается к птице Сирину)
Поведай мне историю, друг Сирин,
О путешествии Сва-Рага и Атисы;
Уверен, что подобной — в целом мире,
Истории влюблённых не услышишь…

СИРИН
Друг попугай, ты долгожитель мудрый;
Поведаю тебе я повесть эту,
Но обещай, что, разнося по свету,
Ты эту весть, смотри не перепутай… 

Сказанье в кратких расскажу словах,
Уму дать радость, скорбь прогнать и страх…
Сдержу волненье,  чтоб потом опять,
Прекрасное сказанье продолжать…

Я от Сва-Рага слышал повесть эту,
А ты её поведай всему свету…
Исполню песни на народном языке,
Чтоб в сердце пробудились песни те.

Кто песни все запишет и прочтёт,
Тот непременно радость обретёт.
Кто в сердце песни сохранит своём,
Тот будет счастлив навсегда потом…

Блажен, кто саги эти все прочтёт,
Поэт Сва-Раг пустяк не создаёт.
Богатством песни хороши лишь те,
Что блага дарят на Руси везде.

Расскажут они сердцу ту причину,
Божественность, питающих личину.
То путешествие влюблённые свершили,
Затем, чтоб люди в мире счастья жили.

Покинув царство, не его вина, -
Его заслуга явственно видна.
Не просто злого Навара убил,
Он истинное благо совершил.

Послушай же: как он и для чего,
Воссел на троне сердца своего.
Перескажи всем людям без прикрас,
Тот беспримерный Сва-Рага рассказ…

ПЕСНЬ ТРЕТЬЯ. Напевы птицы Сирина попугаю Рамару:

   Действие происходит в ладье, плывущей в зарослях чудных, густо растущих белых лилий и золотых кувшинок. В ладье плывут трое: Сва-Раг, Атисия, Намшкал. Сва-Раг сидит у руля, правит ладьёй, Намшкал владеет мастерски парусом, Атисия сорвала несколько лилий и кувшинок, любуется ими, поёт и разговаривает время от времени с Сва-Рагом, обмениваясь с ним взглядами, полными огня. Слова влюблённых Сва-Рага и Атисии полны изысканных значений, подобны пыльце и соку роскошных цветов с чудесным ароматом. Слова их служат прекрасным скоплением добрых дел в сердце, подобно мёду в ульях, собранному роями жужжащих пчёл. Взгляды их наполнены созерцанием, исполненных знания и блаженства любви, подобно тому, как обладают истинным знанием белые лебеди, умеющие пить молоко, отделяющее его от воды.

АТИСИЯ (плетёт венок из цветов, негромко поёт)
Праздник осени на лодке,
Встретила, приплыв издалека,
Этих лилий нет красивей,
Как роскошные шелка…
Как роскошные шелка…


Ветер, песни навевая,
Прилетел с порывом вдруг…
Нам привет с родного края,
Он принёс, как верный друг!
Он принёс, как верный друг!

Обхвати рукой за шею,
Крепче обними меня –
Вырываться не посмею,
Это праздник для меня…
Это праздник для меня…

Праздник наш в лазури неба,
И в кувшинках этих пруд…
И в прохладной этой неге,
В поле, где цветы цветут…
В поле, где цветы цветут…

Праздник, где на поле зреет
Море золотистых хлебов,
Где мой друг, что нет милее
В целом свете, сердца Бог!..
В целом свете, сердца Бог!..

Счастья чуть не потеряла,
В сетях неотложных дел…
Ты мне радость и отрада,
Ты мой светлый, ясный день.
Ты мой светлый, ясный день.

В голосе твоём мой праздник,
Флейтой нежною звучит.
Есть ли в мире выше радость,
Как твой ясный взор, лучист?!

СВА-РАГ (поёт)
Пой, моя странница юная —
Дальних моих путей!
Песня моя несказанная,
Солнце души моей!

Звёзды ли – очи светлые,
Душу волнуют сверканьем?!
Песни ль твои приветные -
Дарят очарованье?!

О, эта встреча внезапная,
Дар наших звёздных ночей!
Песня любви необъятная
Правит душою моей!

Рук твоих прикосновение,
Сердцу хмельное смятение,
Узами песни твоей   
Связан я тайной вестей.

Песня моя несказанная,
Солнце души моей!
Пой, моя странница юная -
Дальних моих путей!..

ПЕСНЬ ЧЕТВЁРТАЯ. Сказы попугая Рамара (речитатив).

   О Сирин, я в твоём сказанье воочию увидел лиц сиянье — Сва-Рага и Атисии влюблённых, их пеньем несказанно очарован… Они подобны, Солнцу и Луне, красою ослепляют очи мне; Какое сердце не придёт в смущенье, увидев их и слыша это пенье?! Их взор изящный — восхищает мир красой, их волосы в кудрях, — живой пчелиный рой, и сами, как цветы с гирляндами цветов и в ожерельях из алмазов-жемчугов. Браслеты блеском дивным пламенеют, улыбки, как заря на небе рдеют… И молния б в их блеске не виднелась, и радуга красы б своей стыдилась… Там, где влюблённые, — пречистою водою наполнят океан они собою; бесстрастия и знаний заполняют берега; Их песня вас задержит, как пчёлку рот цветка…
   Что ж было дальше? — Сирин, не томи, — как с чувствами-то справились они?..

СИРИН
Так слушай дальше со вниманием двойным,
Как без огня, вдруг не возникнет где-то дым,
Так жизнь на свете не возможна без любви,
Любовь, как душу в сердце бережно храни.

Без любимого на свете жарче солнца жжёт печаль,
Кто любимого лишился, даже умереть не жаль…
Без любимого на свете,  всё – тоска и всё нам – боль,
Наслажденья, хуже боли, украшенья, как ярмо…

Тело без души никчемно, без воды — мертва река,
Всё не мило, всё не в радость, коль невеста далека…
Но расскажем по порядку, всё, как было, всё, как есть,
Ах, забыть бы и не вспомнить, эту новость, эту весть…

Плачь, послышался ребёнка, где шептались камыши,
Засмеялись девы громко, но не видно — ни души…
Что за диво, право слово, в деревенской здесь глуши:
Плачь и смех, так слышно громко, но не видно, ни души…

— Плача слышать не могу я, — так сказал друзьям Сва-Раг, -
Мне ребёнка успокоить, было б выше всех наград;
И, на звуки, устремившись, быстро бережком идёт,
Видит: семь девиц склонились, где ребёночек плывёт…

В люльке маленький младенец, то ли плачет, то ль поёт,
И девица в реку входит, намочила весь подол,
А другие-то девицы все смеются, им смешно,
Но по совести признаться, что смеяться так грешно…

И случилось в это ж время близко к парусной ладье
Чудесный конь золотогривый, подошёл попить к воде.
И на солнце, вся сияя, блещет грива золотая,
Конь красив по всем статьям, красотою призывая…

Дивное седло сияет — блеском чудным осеняя,
Кто увидит, сердце тает, радостью переполняясь!
В жемчугах оно, в рубинах, блещет множеством камней,
А уздечка, без сомненья, — знать, заря гнездится в ней!..

Не всегда желанья наши, нам дано осуществить,
И коня, всех в мире краше, как ручного приманить?
Шаг за шагом приближался к чудному коню Намшкал,
Конь манил, манил, играя, дальше в лес, и ускакал…

И к пустой ладье вернулись братья, ох, ни встать, ни лечь, -
Ой, какой позор, -  Атису не сумели уберечь…
— Чтоб ни лечь нам, и не встать нам, — С грустью повторил Намшкал, -
Так бездарно я Атису, глупый, глупый — проморгал…

— Где искать? Куда податься? От Атисы — нет следа…
Вот несчастье, так несчастье! Вот беда, так уж беда!..
Сколько звали, сколь искали, но, поди ж, -  зови, ищи, -
Нет Атисы! Нет Атисы! Нет, как нет — её души!..

ПОПУГАЙ РАМАР (речитатив)
   Друзья, добро другому делать – сего закона выше нет! Терпеть страданья наших ближних -  не знает большей злости свет! Средь леса тяжких заблуждений, нам женщина — всегда весна. Любимая нам дарит радость, без радости мужчина слаб.
   Над лебедем смеются цапли,  и жабы квакают в пруду.  Над чистою беседой люди — насмешки  злобные прядут. Поэта сердце, словно море безбрежное — одной любви; не счесть жемчужин, своим блеском — с алмазом равные они.
   Пусть песни, что в сердцах родятся, своей пленяют красотой, как Солнца утренней порою, нас луч пленяет золотой!..
   Вам не наскучат наши песни; эй, музыкант струн не жалей… Пусть будут песни будут всё чудесней, в станице белых лебедей…
   
ПЕСНЬ ПЯТАЯ. Атиса в плену у демона Навара

   В садах десятиликого демона Навара росли дивные цветущие плодовые деревья. Царские дворцы и пышные сады были обнесены высокими каменными стенами крепости. Обитатели мрачных пещер острова Акнал с нескрываемой завистью смотрели на сверкающие дворцы демона Навара, которые значительно возвышались над крепостными стенами. Чудные деревья разных видов росли в саду  демона Навара; они всегда были цветущими и с дивными плодами. Стены дворцов были изукрашены россыпями блистающих драгоценных камней и были защищены неприступными крепостными стенами, которые омывались двумя реками. Демон ещё не являл себя Атисе, чтобы не напугать её насмерть своим ужасным десятиликим обличием.
   Под окошком Атисы появляется Шьям, играет на своей волшебной флейте, которая поёт, выговаривая слова, понятные лишь только тем, к кому они обращены. 

ШЬЯМ (Флейта удивительным образом поёт-играет, выговаривая слова сладкозвучные, как мёд.)
Атиса по саду гуляла –
По чудному саду Навара,
Где плещут фонтаны в аллее, -
Весь день там Атиса гуляла...

В пруду – лебединая свадьба,
Средь лотосов белых и лилий,
Там, в зарослях, нежно цветущих –
Пастух притаился влюблённый...

Однажды Атиса, приметив
Флейтиста средь зарослей этих,
И строго Атиса спросила:
Откуда ты родом и кто ты?..

И ей пастушок отвечает:
— Кто любит, забыл всё на свете,
И только лишь флейта ответит,
Как я без любви погибаю...

Свидетели – лебеди эти,
Цветы, яркопёрые птицы, -
Не будет мне жизни на свете
Без ласковых песен Атисы…

АТИСА (Обращается к юному флейтисту через раскрытое окошко, высокого дворца.)

Послушай, послушай, о юный флейтист этой чащи!
Сумеешь узреть от земли ты мой лик настоящий?!
Ведь ты ненаветчик и не песнопевец лукавый,
Ах, я здесь страдаю в своих униженьях бесславно…
Ты, верно, сумеешь увидеть души моей путь величавый,
Я знаю, заметишь ты взгляд мой свободно летящий;
Черты у нас общие есть, что навек породнить нас должны, -
Ответь мне, как другу, о друг голубой вышины!..

Послушай, послушай, о юный флейтист этой чащи!
Минувшей той встречи припомнил ли миг настоящий?!
Когда я младенцем в миру появилась сначала,
Когда меня Солнце моё на коленях в ту пору качало…
Цветущая радуга в небе навстречу струилась, бывало,
Нам запах дарила, ты помнишь, тот запах манящий?!
И мы, веселясь, по беспечного чувства ручью,
Пускали простую, счастливую песню свою…

Послушай, послушай, о юный флейтист этой чащи!
Забудешь ли ты, что стою пред тобою молящей?!
Чиста я душою, не ведаю славы и мыслей неправых,
И ночи и дни проводить не желаю в беспечных забавах;
Я дочерью Неба была, возлюбленных звёзд златоглавых,
И здесь ли ленивицей быть суждено мне пропащей?!
Ведь песни, звучащие в жилах весенней земли,
Уносят покой, чтобы годы здесь зря не прошли…

Послушай, послушай, о юный флейтист этой чащи!
Всего я лишилась, мой голос в разлуке скорбящий:
И реки тоскуют, бегущие вдаль торопливо,
И тучи тоскуют, порою осенней дождливой…
Ждёт встречи со мною Сва-Раг, мой дружок терпеливый.
Ах, с каждой минутой, грущу и грущу я всё чаще…
Неужто, когда-то, при мысли, что прежнего нет,
Поток слёз не хлынет ушедшему милому вслед…

Послушай, послушай, о юный флейтист этой чащи!
Неужто, меня не спасёт голос флейты твоей говорящей?!
Ведь дни ликованья обходят меня стороною,
Полна ещё слишком весёлою силой земною,
Пропой же последнюю песню надежды сегодня со мною,
О друг мой прекрасный, о друг, пастушок мой молчащий!..
Взгляни на меня, ощути, что душа в нас одна,
Пред вечной разлукой, которая предрешена…

Послушай, послушай, о юный флейтист этой чащи!
Неужто, не узнана буду тобой, к переправе спешащей?!
Для берега нового я снарядилась задолго заранее,
Куда перевозят паромами воспоминаний;
Ах, не расплескать бы нектара последних желаний, -
Нектар несравненный – напев веселящий…
Ничем я не стану, но лишь песнопеньям я друг,
Пусть вечная ночь свой покой простирает вокруг…

Послушай, послушай, о юный флейтист этой чащи!
Играй-пой на флейте для сердца напев твой горящий, -
В безвестность уйти без личины имею я право,
Пускай разобьёт свой венец ослепительный слава;
Я сбросить хочу груз моей повседневности ржавой, -
Я сбросить хочу, этот панцирь неволи теснящий,
Веди, о флейтист, вдаль, по пыли незримой дороги, маня,
Так, чтоб помогла эта флейта во встрече с любимым меня. 
 
Послушай, послушай, о юный флейтист этой чащи!
Когда я уйду, мир не станет ни горше, ни слаще, -
Для мира осыплюсь цветком в предвечернюю пору,
Погасну звездою, что днём не является взору,
Умчусь ветерком, подчиняясь судьбы приговору,
Из этого сада, из рощицы этой шумящей,
В мерцающем золоте сумерек звёздных солью,
Чистейшую, светлую, яркую душу мою.

ШЬЯМ (Подходит ближе к окну играет-поёт на своей волшебной флейте.)

Я с тобой в разладе в даре жарком, -
В том запястье – был тебе подарком…
У него названья нет, нет меры –
Жемчуга сокровищниц Куберы…
Дар Сва-Рага тот неоценимый -
Ты в безделку просто превратила…

Дар достойно принимать – уменье,
Ты понять, способна смысл даренья?
Ведаешь ли, как тот тар жемчужный, -
Я пронёс сюда с трудом натужным?!
Жемчуг тот из сердца был, быть может, -
Из души Сва-Рага был отторжен…

Ни к чему дарителю отдарок,
Коль любимой не любим подарок…
Спелый плод, упав, не возвратится,
Но душа паденьем тяготится…
Жемчуг сердца вам ли не добыча,
Для чего отвергли Вы обычай?!

Ветру, отдавая песню, птица,
Разве отдаёт её с оглядкой?!
Для чего отвергли Вы, Атисия,
Тот подарок, что я нёс с оглядкой?
Хорошо ль свирель моя играет?
Лишь влюблённый песню понимает…

От Сва-Рага Вам принёс запястье,
В нём своё тебе он дарит счастье…
Через это тайное даренье,
С ним иметь ты будешь сообщенье:
Обо всём тебе оно расскажет,
И к свободе путь тебе укажет…

Мне не отвечай теперь ни слова,
Скоро, скоро встретимся мы снова…
Лишь когда ты знаньем овладеешь, -
Молча говорить со мной сумеешь;
Я спешу к Сва-Рагу с доброй вестью,
Что жива, верна ему невеста…

ПОПУГАЙ РАМАР

Пой, свирель, мотивом чудным песни,
Ты играй, свирельщик, неустанно;
Дальше будет песня интересней,
О желанной встрече долгожданной…
Пусть поёт-играет нам опять,
Мы тем песням станем подпевать…

ПЕСНЬ ШЕСТАЯ.  Долгожданная весна.

   Во всём и всюду царят приметы весна: первых цветов свежесть и благоухание, роёв пчёл-работниц жужжанье, птиц весёлое щебетанье…
   У высокого  окошка сидит Атиса, полна грусти, вся в ожидании вестей от Сва-Рага.
   Мимо окошка Атисы проходит стража демона Навара. Атиса скрывается от их взоров за занавеской окна.

ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК (Обращается ко второму стражнику.)
Вот и весна, царит в саду цветенье,
И певчих птиц немолкнувшее пенье,
Но сердцем чую – в мире не без Бога,
Не потому ль нам грешникам тревожно?

ВТОРОЙ СТРАЖНИК
Молчи, молчи… Здесь даже стены слышат,
Пусть обезьян проблемы лишь колышут…
У нас надёжно, демон наш, — что надо,
Неодолима крепости преграда.
Хозяин наш сломает дух Атисы,
А нам – не видеть это и не слышать…
Нам платят, — будет шито-крыто,
Оружие – нам лучшая молитва…

ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК
Навар, наш демон, под окно приходит,
С Атисой речи, не шутя, заводит:
И всячески её он убеждает,
И унижаясь, долго умоляет;
Посылами и лестью сатаны,
Выискивая слабой стороны*…

* Все известные средства в Арийской науке о политике: посулы (dama, — санскр.), лесть (saama), запугивание (bhaya), поиск слабой стороны противника (bheda), внесение сомнений, — примечание автора.

ВТОРОЙ СТРАЖНИК
Она сквозь занавеску отвечала,
Лица ему в окно не показала;
И говорила так ему на это,
Как подобает истому поэту:
«Послушай, демон десятиголовый,
Я знаю погубить меня готовый,
Но разве может свет от светляка,
Заставить распуститься, хоть слегка
Прекрасный лотос?.. Склонен ты ко злу,
Но знай, получишь за меня стрелу…
Обманом подлым, затащил сюда,
Где совести нет, чести и стыда…
И до того ты гадок, подл и низок,
Но знай, — конец твой, демон, очень близок!..»

ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК
И он поклялся, что решил теперь,
Ей голову отсечь…

ВТОРОЙ СТРАЖНИК
И отсечёт, поверь…
Рискует головою ведь она,
Как будто ждёт в помощники слона…
Мы только ведь уверены с тобой,
И муравью нет хода под стеной,
А стены, столь толсты и высоки,
А есть ли где такие вот клинки?!
(Вытаскивает из ножен клинок, любуется им…)

ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК
Да, остаётся ей одно пока,
Послушать только флейту пастушка…
(Стражники, оглядев всё вокруг, удаляются).

АТИСА (Открывает занавеску окна.)
Уж, если нет друга, здесь рядом со мной,
Мне б встретиться только, хотя бы с весной…

Появляется Весна.

ВЕСНА (поёт)
Зовём мы Атису, чтоб с нами играть,
Волшебные можем слова мы шептать.
И пусть, даже будешь во тьме ты стоять,
Светильник весны тебе будет сиять!

Мы новые песни с собою несём,
В лесах и в полях мы привольно живём;
Зима, не упрячешь весны красоту,
Под старым тряпьём, не упрячешь фату…

Появляется свирельщик Шьям.

СВИРЕЛЬЩИК ШЬЯМ (Играет на флейте. Флейта – поёт, выговаривая слова, понятные лишь Атисе).

О, сердце слышит, — весна близка,
Так долго, долго я ждал пока,
В ладонях сложенных цветка, -
Раскроется моя лиана…
И вот пришёл я посмотреть,
Как, соком наливаясь, ветвь,
Шептала Солнышку: ответь,
Ответь, своей лиане…

Пусть дней и ночей бесконечный поток,
Омоет Светило в положенный срок,
Польётся потоком божественный сок -
В ветвях, зеленеющей жилы…
И, странствуя, ветер до всех и всего
Доносит весны торжество-волшебство,
Как друга лиана приемлет его,
Сдержать больше трепет не в силах…

В божественном ритме, вблизи и вдали,
Впитав благовоний нектарных земли,
Зелёная флейта звенит нам: «Внемли, -
О звоны, сладчайшие звоны!..
И вот зацвела она с первым лучом,
Цветку каждый цвет был волшебным письмом,
Восторги весны принимаю я в дом,
И нет многоцветью препонов!..

О вечная нежность, где царствуешь ты?
В побегах ветвистых твои все черты,
В благоуханных лианах цветы
Сокрыты заветною тайной…
Не звали меня, я сама прибрела,
У дома ликую, светла, весела,
В глаза загляну к вам: звала – не звала, -
Пришла я весною медвяной.

АТИСА (поёт)
Скажи, скажи, о флейта золотая,
Живой ли мой любимый? Он здоров?
Хоть изредка меня он вспоминает?
О жребий мой, как ты ко мне суров…

СВИРЕЛЬЩИК ШЬЯМ
Покойна будь, он жив, здоров, твой милый,
И собирает боевую рать;
Тебя отсюда извлечёт он силой,
С тебя довольно плакать и страдать…

Ещё, Атиса, для тебя просил он,
Колечко золотое передать…
(Словно нечаянно, осторожно роняет колечко.)

АТИСА (с невыразимой радостью)
Ах, это всё напоминает сон, -
Его колечко, так легко узнать…

Грозит мне смертью демон злой Навар,
Десятиликий страшен, как кошмар:
Мужские пять голов и женских – тоже пять,
На них без слёз не остановишь взгляд.
Пять женских чувств в нём, столько же мужских,
И каждая – ужаснее других…
Ничем Навару чувства не унять,
Их буйства ни насытить, ни понять,
Душа его, как в адовом огне,
Желает навязать все чувства мне…
Ах, Боже, Боже, где мне силы взять,
Чтоб против адской силы той стоять?!
Одной надеждой теплюсь только я,
Что мой любимый выручит меня!
Но сколько мне освобожденья ждать?
Как долго мне терпеть здесь и страдать?!
Скажи своей свирелью золотой,
Скажи, скажи, играй скорей и пой!..

СВИРЕЛЬЩИК ШЬЯМ (Играет-поёт-говорит, музыкальный речитатив.)
Сказал Сва-Раг:  «Атиса, я с тобой,
В разлуке тягостной, охваченный тоской;
И почки древа моего, все, как огонь,
Сама почувствуешь, лучом лишь Солнца тронь…
Всё, что было милым раньше, мне приносит муки,
Даже ветерка дыханье, как шипенье змей в разлуке…
Только Шьяму, только другу я сумел то передать,
Чтоб тебе сказать об этом, всё свирельщик должен знать!
Любви взаимной наша тайна сокровенна навсегда,
Чистая душа лишь знает, где счастливая звезда…
Душа всегда и неизменно, милая, с тобой всегда;
И радоваться будем вместе и вместе будем мы страдать…
Храни, Атиса, стойкость в сердце, осталось мне немного дней,
Пришлю РАгрива на разведку и двинусь с армией моей!..
Я со своею ратью смелой, с любовью верною моей,
Всё одолею, преуспею, жди добрых, милая, вестей!..»

АТИСА (речитатив)
Благодарю, свирельщик милый! Так рада слышать я слова!
В них тожество, в них мощь и сила; его любовь всегда нова!
Я шлю ему благословенья, и повторяю вновь и вновь:
Мои молитвы, вдохновенья, мои и слёзы и любовь!      

СВИРЕЛЬЩИК ШЬЯМ
На деревах души, Атисы, увидел дивные плоды,
Свирель Сва-Рагу перескажет, всё то, что мне сказала ты.

Свирельщик Шьям уходит.   Продолжение следует.

ПЕСНЬ СЕДЬМАЯ. Крылатый конь — РАгрива

В чудесном саду демона Навара, на цветущем дереве перед самым окном Атисы расположился попугай Рамар. Он приветствует утро радости до появления Шьяма.

ПОПУГАЙ РАМАР (декламация)
В танце звёзд все ритмы первозданны,
Гармоничны телу с гибким станом.
Знать, радуга вся воплотилась в ней
В период летних ливневых дождей…
В чертах лица, шарм кисти рисовальной,
Атисы смех, что голос музыкальный,
А шеи белизна и белизна руки
Поспорят с лилией, раскрывшейся слегка.
В блистанье глаз – свободы воплощенье,
Один лишь взгляд – дарит освобожденье.
В походке лёгкой – о любви напевы…
«Радости утра» — имя славной девы.

Появляется обладатель волшебной флейты Шьям, исполняет гимн утренней зари.

ФЛЕЙТИСТ ШЬЯМ (Играет-поёт на волшебной флейте.)
Над гущей тьмы, где воцарялся сон,
Восходит Солнце – сад весь пробуждён,
И щебет птиц пока ещё не звонок,
Лишь только проба голосов спросонок;
Весь сад наполнен изумлённым созерцаньем,
Каким-то смутным, тайным ожиданьем,
Предвестием неведомых чудес
Наполнен сад и загородный лес…
Предчувствуя глубокий смысл восхода,
Атиса полнится бесстрашьем и свободой…
Самой себе становится открытьем,
Душа стремится к утренней молитве…
Обрывки мыслей строятся в напевы,
И радость наполняет сердце девы.
Благословляя жизни ликованье,
Её душа цветёт в благоуханье.
Знать, новый день ей раскуёт сознанье,
Спадут оковы сна и ожиданья…
Она, как гимн, как славословье  свету,
На зависть вдохновению поэта;
То Солнцу гимн, то гимн любви заветной,
Мне б «Зорькой  Утренней» назвать ты деву эту!..

   Раскрывается окно, появляется Атиса, светла и нежна, как сама душа.

АТИСА (музыкальный речитатив)
Мой милый свирельщик,
Ты знал бы, как рада,
Твоим песнопеньям,
Мне это награда!

Сравнить с чем не знаю
Твоё песнопенье,
И нежные звуки
Чудесной свирели…

Ах, если б ты знал,
Как ждала твоей вести,
Скорей расскажи
О любимом невесте…

Ах, всё в песнях флейты
Свежо так и ново,
Я тысячу лет
Её слушать готова…

(Вдохновенно поёт)
Милый друг, нежный друг,
Сколько счастья вокруг!
Не ленись, лишь бери,
Как уздечку зари!..

Видишь: Солнце встаёт?!
Слышишь: птаха поёт!
Миг счастливый лови, -
Это счастье любви!..

На заре золотой
Я встречаюсь с мечтой,
Об одной лишь любви, -
Нам поют соловьи!..

ФЛЕЙТИСТ ШЬЯМ

Смотри, Атиса, в сад цветущий,
Всё что увидишь, — запоминай,
Здесь конь крылатый, огонь несущий,
Себя проявит, — друзей встречай!..
Что не увидишь, в делах РАгривы,
Расскажет флейта моя сейчас,
Смотри, Атиса, на пламя гривы, -
Я начинаю свой рассказ!..

    Через высокие крепостные стены перелетает крылатый конь, РАгрива. От его гривы исходит такое яркое сияние, словно возгорается вторая заря, ярче утренней зари…

Смотри, Атиса, весьма усердно
Навара охраняют сад…
Но конь крылатый, легко и смело
В нём сокрушает всё подряд…

В саду натешился РАгрива,
Нагнал на всю охрану страх…
Ломал деревья он игриво,
Строенья превращая в прах…

Большая  гвардия Навара, -
Числа и сметы страже нет;
Сбежала от коня с позором,
И был не мил им  белый свет…

И спрятаться был всякий рад —
Кто не убит был – все вопят…
Смотри, Атиса, вот финал,
Достойный славы и похвал:

РАгрива залетел с разбега
На крышу царского дворца,
И запылал дворец Навара,
И нет там панике конца…

Кричат: «Кто нас спасёт от смерти?
Её уже нам виден лик!
На том нам и на этом свете
Спасенья нет, лишь стон и крик!..

Столица, как костёр пылает,
Без головы страна живёт!..
Мы погибаем, погибаем!
Не спасся ни один живот!..»

РАгрива с лёгкостью обратно
Переметнул через стену,
Вернулся в стан любимых братьев,
К себе, в родную сторону…

Была в том, лишь одна досада:
РАгрива хвост свой опалил,…
Зато была ему наградой, -
Народ его боготворил…

Как будто новое рожденье
Отныне он приобретал,
К победе новой вдохновеньем
Своим он братьев призывал…

Сва-Раг, РАгривой вдохновлённый,
В поход решился выступать,
Успехом друга окрылённый,
Стал рать для битвы собирать!

Ура, друзья!.. Неплохо для начала.
Хвала, хвала, РАгрива величавый!..
И декорацию заглавную спалил он,
И занавес весь разодрал на части!..
Десятилицему позор, разор, несчастье;
И на земле восторжествует счастье!..

ПОПУГАЙ РАМАР
Прибавилось у демона «цветочков»,
Теперь ему уже не до Атисы,
Пора, пора плоды собрать нам срочно:
Срубить все головы у главного артиста…

Дружней споём друзья Свободы песню!
Споёмте, взявшись за руки, друзья!
Жизнь с доброй песней станет интересней,
Без песен — победить врага нельзя!..

ХОР
Настежь храм растворён!
Звоном полнится храм –
Солнцу рады лучам!
Рады вольным ветрам!
Рады громам небес!
Рады зовам дорог!
Лейся, мощный поток, -
С нами Бог! С нами Бог!..
Грудь откроем мирам:
Миру мир, бой дворцам!..

Богатство наше в зарнице,
Богатство наше нетленно,
И денно и нощно искрится,
Блистает и нощно и денно!
Оно возникает мгновенно
И не исчезает бесследно,
В сердцах это наше богатство!
Свобода, любовь, вера, братство!
Богатство наше в зарнице,
Что в сердце от искры родится!..

ПЕСНЬ ВОСЬМАЯ.  Страсти мудрецов.

    К демону Навару явились три мудреца (Мудрый, Мудрейший, Наимудрейший). Они по-очереди, один за другим, подходили к трону десятиликого Навара, провозглашая демону мудрые советы. Выслушав советы одного из них, Навар страшно возмущался, приказывал бить кнутами, затем слушал следующего мудреца.

МУДРЫЙ (льстивым голосом)
О светлейший, в самом деле,
Мне смолчать никак невмочь:
Страх мы не преодолели,
Неспокойны от тревог.
Конь Рагрива, вор, разбойник
Полстолицы нашей сжёг…

НАВАР (Разгневанным голосом.)
Запрещаю всем об этом
В нашем царстве говорит,
Паникёров всех со света
Прикажу сейчас изжить…
Это буря разыгралась,
Страшная была гроза,
Много в целости осталось, -
Было так, как я сказал!

МУДРЫЙ
О Светлейший, в самом деле,
Был грозой спалён дворец;
И спастись нам еле-еле,
Удалось всё ж, наконец…
Но народец в нашем царстве
Сам ты знаешь, ой, какой!
Норовят из государства
Избежать, — текут рекой…

НАВАР (Топает истерично ногами.)
Запрещаю, запрещаю,
Запрещаю говорить!
Паникёров, паникёров
Разом всех изжить, изжить!..
Если буря разыгралась,
Если вспыхнула гроза,
Почему у нас все разом
Труса праздновать грозят…

МУДРЫЙ
О Светлейший, в самом деле,
Это вспыхнула гроза,
И бежать, совсем не дело,
Лишь куда глядят глаза…
Воеводы все в волненье,
Вещи стали собирать,
И, возможно, они тоже,
Все желают удирать…

НАВАР (Вне себя от ярости)
Запрещаю, запрещаю,
Запрещаю удирать!
Паникёров разом, разом,
Как заразу убивать!..
Это что ж за наважденье,
Что за хамство для царя!
Всем кнута подд


Нет комментариев  

Вам необходимо зайти или зарегистрироваться для комментирования